ЧТО ПИСАЛИ В ПРЕССЕ    –––––––    СТАТЬИ И РАССКАЗЫ   ––––––    ПЕСНИ И СТИХИ

 


 

 

 

КИСМЕТ, ИЛИ ПРЕВРАТНОСТИ СУДЬБЫ

 

Мы, русские, думая о непреложности судьбы, говорим: "На роду написано". Арабы верят, что все в руках Аллаха. А вот у персов есть такое слово – "кисмет". Переводится оно на русский как "судьба", но на самом деле имеет более глубинное мистическое значение. Слово это стало частью лексикона всех народов Востока, которые, как известно, фатально верят в непреложность человеческой жизни на Земле. О кисмете написаны духовные труды великими мистиками Востока, и слово это люди произносят редко, боясь его страшной силы.

На Западе, а особенно в Америке, о кисмете люди и слыхом не слышали до тех пор, пока на Бродвее в Нью-Йорке в 1938 году с огромным успехом не прошел мюзикл, в котором использовалась музыка великого русского композитора Бородина. Назывался этот мюзикл "Кисмет". Весь Нью-Йорк говорил о забавных приключениях ведущих героев мюзикла, сделанного, как и многие бродвейские шоу, по-бутафорски. О порочных нравах султана и обитателей его многочисленного гарема говорил весь город. Америка тогда еще была пуританской страной с очень строгими нравами. В общем, белокурые бесстыжие одалиски и знойные плотоядные ведьмы очень взволновали всех. Успех был ошеломляющим. Бедный Бородин, наверное, несколько раз перевернулся бы в своем гробу, если бы узнал, подо что американцы пустили его музыку.

Но мало кто из нью-йоркцев знал, что в Манхэттене, на 14-й улице находился другой кисмет – русский. Вот об этом кисмете мы сегодня и поговорим.

В тридцатых годах 14 улица была одной из самых фешенебельных в Нью-Йорке, и часть ее между второй и третьей авеню полностью оккупировали русские. Здесь находились магазин русской книги Камкина, русский театр, знаменитый ресторан "Кречма", впоследствии названный "Две гитары". Сюда приезжали русские, и все, любившее русское, не только со всего Нью-Йорка, но и со всей Америки:  сходить в театр, прогуляться по тротуарам, поговорить на родном языке, и, конечно, зайти в "Кречму", пропустить рюмочку-другую под балычок и икорку. А для любителей русской цыганской музыки на 14-й улице находился магазин под названием "Кисмет". Здесь продавались записи знаменитых русских исполнителей цыганского романса Юрия Морфесси, грека из Одессы, Петра Лещенко, который в то время пел в кафе-шантанах Риги и Берлина, и, конечно, Вертинского. К тому времени последний еще не вернулся в Россию. Хозяйкой "Кисмета" была грузинская княжна Анна Менавде, по мужу Анна Корниенко. Дмитрий Корниенко, муж Анны, был известен в городе тем, что выступал со своим оркестром на всех дворянских балах и других собраниях русской знати.

Как же попали Анна и Дмитрий в Нью-Йорк? В 1918 году бравый красавец Дмитрий Корниенко, военный музыкант тифлисского гарнизона квартировал у князя Менадзе. Его дочь Анна влюбилась в него без памяти. Родители были категорически против брака, и указали Дмитрию на дверь. Но любовь расцвела пышным цветом, и молодые решили обвенчаться тайно. После венчания они решили покинуть Тифлис. За Дмитрием последовали его друзья по гарнизонному оркестру. На рыбацкой шхуне они пересекли Черное море и оказались в Константинополе, в Турции. Чтобы заработать на жизнь, им приходилось играть в турецких духанах, местах сомнительной репутации и одновременно роскошных. И за несколько лет нахождения в Константинополе они в совершенстве освоили музыку Востока. Однажды в одном из ресторанов Константинополя оркестр увидел американский посол в Турции и предложил приехать в Америку. Так по личному приглашению посла оркестр попал в Нью-Йорк. Дмитрий со своим оркестром зарабатывал на жизнь, играя на свадьбах, светских балах. Его оркестр стал очень популярным. Но в 1937 году Дмитрий умер. Его жена осталась одна. Женщина она была талантливая и весьма практичная. У нее родилась идея открыть музыкальную фирму грамзаписей под названием "Кисмет". Фирма эта стала одной из известнейших русских компаний в Нью-Йорке. Под маркой "Кисмета" выпускались песни Сокольского, Сони Шаминой, Маруси Савы и других известных иммигрантских исполнителей. Бизнес шел хорошо, пластинки распространялись по всему свету. Более того, контрабандный поток пластинок пошел в сталинскую Россию. Эти пластинки привозили с собой русские дипломаты, которым удавалось посещать в то время Нью-Йорк.

Однажды одна из таких пластинок попала в руки известного в 60-х годах коллекционера Рудольфа Соловьева. Он был известен тем, что основал так называемый Магнитиздат. Что это было такое? На самом деле подпольная музыкальная фабрика, изготовляющая на рентгеновской пленке пластинки с запрещенной музыкой. Как говорили тогда, "на костях". Сам Соловьев за свою деятельность постоянно преследовался , как вы сами понимаете, органами КГБ, но стал большой музыкальной знаменитостью Питера. После его попытки устроить музыкальный спектакль в котельной МВД под названием "Пророк Моисей", музыку к которому написал известный композитор, об исходе евреев из Египта. Терпение питерских властей истощилось и Рудольфа "попросили" покинуть пределы СССР. Кстати говоря, Рудольф  Соловьев открыл и представил России известного певца блатных песен Аркадия Северного. В общем, господин Соловьев был музыкальным хулиганом.

И вот Рудольф оказался в Нью-Йорке. В первый день, гуляя по Манхэттену, он очутился на 14-й улице перед  музыкальным магазином "Кисмет". Не будем рассказывать, как стареющая Анна передала бразды правления своим магазином в руки Рудольфа. Но он стал его новым владельцем. За время с 1980 по 1995 годы Рудольф выпустил массу различных пластинок. Первые пластинки Высоцкого были выпущены "Кисметом". Здесь же увидели свет Галич, "Машина времени" и многие другие. Советские дипломаты гуськом шли в "Кисмет" и скупали все, что было под запретом в России. Говорят, что у самого Юрия Андропова в его музыкальной коллекции были пластинки с маркой "Кисмет".

В 1989 году хулигану Рудольфу разрешили в первый раз приехать в СССР. Не мешкая, он договорился с "Мелодией" о совместном выпуске пластинки блатных песен Аркадия Северного. Самого Аркадия уже не было в то время в живых. Он умер от цирроза печени.

В связи с массивным наступлением продукции новых музыкальных фирм из России, "Кисмет" стал хиреть. Господин Рудольф Соловьев решил вернуться в Питер и туда же перевезти "Кисмет". Такова судьба: начавшись в революционное время на Кавказе, через Нью-Йорк назад в Питер. Что же дальше? Об этом напишут будущие историки музыки.

 

 

© "В Новом свете", Нью-Йорк, 30-6-2000 г.

 


© Р.Фукс, И.Ефимов, Д.Петров.