Светлый праздник рок-н-ролла



	СТАТЬИ И РАССКАЗЫ
▪ ЧТО ПИСАЛИ В ПРЕССЕ
▪ ТЕКСТЫ
▪ БИОГРАФИЯ

Светлый праздник рок-н-ролла

Вчера, 12 апреля, весь рок-н-рольный мир отмечал день рождения рок-н-ролла. Наш эксперт по классик-року Рувим Рублев уже посвятил этому знаменательному событию две статьи, а вот и третья, посвященная всевозможной эксцентрике в ранние годы рок-н-роллаи "пятой графе" нашего любимого музыкального жанра.

       Очень многие современные музыканты склонны обвинять друг друга в воровстве. Не в том плане, что кто-то у кого-то спёр гитару или микрофон – речь идет о краже мелодий, стилей или даже целых направлений музыки.
       Так было, например, с джазом, когда некая небезызвестная этническая группа безапелляционно заявила, что джаз вывезен из Африки. А между тем сам Скотт Джоплин, первый в истории джазовый пианист, изобретатель рэг-тайма, признавался, что всего-навсего "вывернул наизнанку" классический менуэт, добавив к нему пару-тройку синкоп в такт движениям тряпки полотера...
       Так случилось и с рок-н-роллом, который частично вырос из скрещения ритм-энд-блюза с музыкой «кантри». Некоторые считают первым рок-н-роллом вещицу под названием,"Rocket-88"; записанную в 195211 году чернокожим музыкантом Джекки Бренстоном в Студии фирмы "Сан". Песенка была весьма заводной, но она никак не могла сравниться с записанным позже "Роком вокруг часов" Билла Хейли и претендовать на начало нового стиля.
       Другими блюзовиками, вплотную приблизившимися к заветной и магической границе между блюзом и роком были низкоголосый и заводной Джо Тернер, записавший со своим биг-бэндом такие классические вещицы, как «Shake, Rattle and Roll», «flip, flop and fly» и другие, и Майкл Джордан (не путать с нынешней баскетбольной звездой), который со своим квинтетом нагнал кайфа в середине 50-х.
       А к концу 50-х в обойме раннего рок-н-ролла появились такие искрометные люди с блюзовым бэкграундом, как пианист Фэтс Домино и Литл Ричард (кстати, вовсе не малорослый, как можно было бы подумать, а очень даже здоровенный детина, хрипевший, оравший и визжавший в микрофон и колотивший по клавиатуре не только руками, но ещё и левой ногой…
       Подобную рок-н-рольную эксцентрику поддерживали и другие музыканты. Например, контрабасист из группы Билла Хейли страшно любил положить своего «звукового бегемота« на бок, залечь на него сверху и продолжать играть, помахивая в воздухе ногами, облаченными в непарные носки, в то время как сверху на него взгромождался саксофонист Руди Пампилли, неистово дудевший в потолок. Публика при виде всего этого приходила в бешеный восторг.
       На концертах же Джерри Ли Льюиса стулья постоянно летали из одного конца сцены в другой, а сам пианист любил залечь горизонтально на крышку рояля и выводить самые ответственные пассажи исключительно носом.
       Еще один питомец фирм "Сан" – Карл Перкинс, у которого молодой Элвис Пресли научился и сценическим манерам, и голосовым модуляциям, выдвинул передний край рок-н-рольного фронта еще дальше: именно он написал знаменитейшую рок-н-рольную песню «Blue Suede Shoes» и, по мнению многих экспертов, именно он довел до совершенства принципы "машинной" рок-н-рольной ритм-секции – барабанов с басом.
       Сам же Элвис Пресли превзошел в эксцентрике почти всех: он научился так изумительно размахивать тазом, что появилось даже полумедицинское выражение «Elvis Pelvis». Где-то, видимо, у цыган, он перенял манеру трясти плечами и попеременно изображать то больного на последней стадии подагры, то эпилептика. Но ему и этого казалось мало: тогда он попытался ввести в свои шоу "зоологическую" нотку – во время исполнения знаменитого рок-н-ролла «Hound Dog» на сцену выпускали свору собак различных охотничьих пород. Однако, эту практику пришлось быстро прекратить, так как нередко дело кончалось охотой на самого Элвиса…
       Однажды в порыве особенного Творческого экстаза Элвис прямо на сцене случайно «откусил» пару собственных зубных коронок, которые через дыхательные пути попал в легкие. Все могло бы кончиться очень печально, и история рок-н-ролла сложилась бы по-другому, но срочная госпитализация поставила его на ноги.
       В один прекрасный день Элвис получил повестку на призывной пункт – не будем забывать, что Америка в те годы воевала с Кореей. По свидетельству очевидцев, Элвис был рад повестке – ему хотелось отдохнуть от рок-н-рольной жизни. Но американская молодежь не хотела терять своего кумира и пригрозила всеобщей забастовкой. Решение было найдено: Элвиса забрали-таки в танковые части, но он продолжал выступать, на этот раз – создавая рекламу американским вооруженным силам...
       Но вернемся к теме этнических (вернее сказать, полиэтнических) корней рок-н-ролла. К счастью, никакая национальная, расовая или какая-либо иная группа в данном случае не претендует на монополию, поскольку слишком наглядно видно, что такого рода претензии были бы необоснованны. Рок-н-ролл – настолько многонационален, что говорить о его «принадлежности» тому или иному народу просто глупо.
       Вот, к примеру, Пол Анка, автор знаменитой песни тех лет "Диана", первый из рокеров, перепрыгнувший, миллионную отметку в своих гонорарах. Кто он с этнической точки зрения? Канадец сирийского (!) происхождения.
       Луи Прима по кличке Wildest (дичайший) – трубач и певец, внесший лепту в развитие рок-н-рольной эксцентрики. Он не только трубил в абсолютно непотребном, ни с чем не сравнимом стиле, но и издавал с помощью языка такие звуки, что у посетителей в салатах вяли помидоры...
       Но в этой обстановке разнузданной эксцентрики одному человеку все-таки удалось сказать новое слово в рок-н-ролле не за счет мотания бедрами или конвульсивных хрипов, а исключительно за счет музыкального мышления. Этим человеком был Чак Берри. Но о нем – в другой раз...